March 3rd, 2014

altzapovednik

Ветеран. Рубрика "Напарник" (Е.Д. Веселовский о Ш.В. Сибгатуллине)

Е.Д. Веселовский

Рубрика «НАПАРНИКИ»

(о Ш.В. Сибгатуллине)

Ветеран.

Прохладный мокрый нос Солнечного Пса нетерпеливо толкнул под локоть и курсор на мониторе съехал со строки. Пора, пора вставать из-за стола и отправляться на очередную прогулку-пробежку со своим тренером – родезийским риджбеком РикФордом БониФацием МорФиусом. Пара – тройка минут и мы уже идём с ним по берегу Телецкого озера в сторону залива Камга, оставляя позади себя просыпающееся Яйлю – маленький несуразный разбросанный посёлок, центральную усадьбу Алтайского биосферного заповедника. Рикфорд, опустив морду к земле, носится по склону и читает свою книгу запахов. Январская верховка тяжело ворочает свинцовыми волнами и гулко грохочет водяным молотом по прибрежным скалам. Неожиданно через шум телецкого шторма доносится ровный рокот лодочного мотора и в морозном тумане показывается уверенно идущая лодка, направляющаяся к Яйлю со стороны Камги. Приглядевшись, вижу, что это Шамиль Сибгатуллин возвращается со своего дежурства. Представляю, как Оксана, его жена, завидев лодку мужа, накрывает на стол и вспоминаю:

«Многочасовая непрекращающаяся рысь утомила уже не только меня и привыкшего ко всему Спицына, но и «родившегося» в седле Шамиля. Порой мы спешиваемся с коней и делаем небольшие пробежки, чтобы размять затёкшие ноги и ягодицы. Азарт охотников не позволяет нам останавливаться на отдых. И только спустившаяся ночь поставила коней на арканы, а нас уложила в спальники. Но стоило Шапшальскому хребету окраситься розовой каёмочкой восхода, как уже кипел чайник на костре, арчемаки были почти полностью упакованы, а мы поили коней. И вновь тряская рысь моего Спартака, редкие остановки для осмотра окрестностей через бинокли и азарт, азарт охотников, чующих след добычи. Ко второй половине дня показалось голубое зеркало Джулукуля. Шамиль ведёт нас между бугров и сопочек, окружающих это горное богатое рыбой озеро. У северного конца Джулукуля, возле самого истока Чулышмана, мы останавливаем коней, и Сергей с Шамилём поднимаются пешком на небольшую высотку, чтобы в очередной раз осмотреться. Все наши предположения и подозрения сбылись: в десяти километрах от нас, на южном берегу озера, стоят палатки и мелькают фигурки людей. Это на нерест хариуса слетелись стервятники-браконьеры. Вот только подойти к ним незамеченными сложно – слишком много открытого пространства. Но, по всей видимости, природа поняла нас и Джулукульскую котловину в считанные минуты, как это бывает в горах, окутывают серые снежные облака. В воздухе пахнет весёлой майской пургой, а мы пришпориваем коней, пока есть шанс подойти к нарушителям незаметно.

Наше неожиданное появление из снежной пелены, храп коней, резкие командные выкрики и оперативный осмотр палаток на предмет оружия производят на девятерых браконьеров шоковое впечатление. Сети, резиновые лодки, пластиковая тара с икрой и рыбой, пара гладкоствольных ружей – всё говорит за себя. И пока нарушители заповедного режима не опомнились, Шамиль берёт их в оборот и быстро выясняет: кто, откуда, сколько…

Это был 1990 год. Озеро Джулукуль. Язулинское лесничество. Алтайский заповедник».

Collapse )